June 22nd, 2016

О Быкове, который о БГ

Я, наконец-то, определила для себя, чем занимается Дмитрий Быков в своих лекциях и радиопередачах. Он присваивает себе чужую гениальность, берет ее в оборот и разрушает анализом, чтобы публично переварить и исторгнуть вместе с непременной отрыжкой, которая обязательно сопровождает любое его выступление. Это акт эксгибиционизма. Это Яго, разрушающий любовь Отелло и Дездемоны. Это Сальери, подсыпающий яд Моцарту. Непременно под видом любви.

Так раненный ранним эдипальным конфликтом человек нападает на первичную сцену, пытаясь фрагментировать ее на куски, чтобы втиснуть в половой акт, породивший его, самого себя как активного участника действа, а затем идентиицируется с плодом такой любви и чувствует себя уродцем. Не даром Быкову постоянно бросают физиологические претензии по поводу его фигуры, стиля одежды и манеры поведения на сцене, а он постоянно защиащется, утверждая, что внешность не имеет значения. Имеет, и еще как. Так проявляет себя ваша Тень, Дмитрий, от которой вы так успешно (пока что) бежите. Я думаю, это связано с личной биографией Дмитрия. Он никогда не говорит об отце и постоянно говорит о матери. Не хочу вдаваться в эту тему подробнее, но кто в курсе значения материнского комплекса, тот поймет.

Я давно пыталась понять феномен Быкова, вызывающего столь противоположные эмоциональные отклики у людей, буквально расщепляющего свою публику. Мои личные чувства при просмотре его лекций тоже всегда были амбивалентными. Он много знает, но он не кажется мудрым. Он очень много читает, и у меня возникает асссоциация с обжорством того, кто не может насытиться. Он знает все обо всех, он знает даже будущее, и даже все варианты других окончаний знаменитых произведений, что говорит только о его всемогущественных фантазиях.

Той легкостью и скоростью, с которой он жонглирует дорогими моему сердцу именами, тем превосходством над гениями, которое сквозит в его попытке превратить их боль в простую и понятную любому обывателю схему, - он смешивает всех их в одно месиво, хоронит их в одной большой братской могиле своей объемной утробы. Его любовь к тем, о ком он говорит, фальшива. Потому что нельзя любить всех. Нельзя любить быстро и подряд. Нельзя регулярно по звонку жонглировать любимыми. Это не любовь. Это реактивное образование, за которым прячется ненависть.

Но выводы, которые я здесь озвучила, я сделала сегодня, прослушав лекцию Дмитрия о БГ. Избыточное возбуждение при выступлении, постоянные реплики, что надо спешить, потому что скоро футбол, обесценивающие БГ, попытки отделить себя от лирического героя Гребенщикова и возвыситься над ним - все это говорит о безумной зависти Быкова к чужой гениальности. Главное, чего он не понял - БГ поет о нем, а не о себе. Он поет о вас, Дмитрий. И все ваши попытки защититься от той реальности, которую видит БГ в своих темных очках, а вы видеть не можете, провальны. Мир ловит вас, Дмитрий, и поймает.

PS превозмагая тошноту, таки дослушала лекцию до слов "Трудно преставить себе БГ, любящего обычную земную женщину". Это только подтвердило мое предположение о нападении на первичную сцену, которое каждый раз совершает Быков, на месте земной женщины, видимо, представляя свою мать, а на месте отца - того, о ком в этот момент говорит, в данном случае БГ, отрицая все, что может между ними произойти, и буквально впихивая себя между ними.

Интересно, найдется ли тот отец, который таки сможет дать ему окорот, произвести таки кастрацию, отбить у него мать и соединить его с реальностью? Так как всех возможных отцов Быков уже обесценил и сожрал, остается уповать только на небесного Отца. Думаю, только преодоление атеизма может спасти Дмитрия от его танталовых мук.

Но хелп

Для некоторых людей обратиться за помощью - совершенно невозможное дело.

И хуже всего, что речь идет о наиболее исковерканных с детства людях.

Признание себя нуждающимся в помощи разрушает всю их иллюзорную защитную конструкцию, с таким трудом собранную из обломков кораблекрушения, позволяющую хоть как-то длить свое существование. А о том, что есть здания более надежные, они не в курсе. Они думают, тот, кто хочет помочь, на самом деле просто хочет отнять у них последнее прибежище.


Поэтому тот, кто наиболее отчаянно нуждается в психотерапии, никогда в нее не попадает.